На ПТЖБ прошло массовое сокращение

Работники обратились в прокуратуру за защитой прав В начале мая в редакцию пришло анонимное письмо о том, что на заводе ПТЖБ произошло массовое сокращение. Теперь уже бывшие работники завода просили придать огласке этот факт. В сообщении говорилось, что уволено 108 человек, и увольнения по 1-2 сотрудника продолжаются каждый день. Мы попросили руководство завода прокомментировать ситуацию. […]

Работники обратились в прокуратуру за защитой прав

В начале мая в редакцию пришло анонимное письмо о том, что на заводе ПТЖБ произошло массовое сокращение. Теперь уже бывшие работники завода просили придать огласке этот факт. В сообщении говорилось, что уволено 108 человек, и увольнения по 1-2 сотрудника продолжаются каждый день.

Мы попросили руководство завода прокомментировать ситуацию. И пока ждали официальный ответ с предприятия, в редакцию пришла целая делегация бывших сотрудников ПТЖБ.

— Это всё случилось 6 мая, мы уже были на смене, — начала рассказ одна из женщин. — Нас отдел кадров начал по одному обзванивать и вызывать к себе в кабинет. Прихожу, в кабинете человек девять: пермские юристы, служба безопасности, начальник отдела кадров уже пермская, не наша. Она нам сказала, что на заводе сокращение производства. Нам предложили работу на их основном предприятии в Оверятах, в Пермском крае. Нам предоставят там жильё и транспорт. Я многодетная мама, у меня трое детей до 14 лет. Я не смогу ездить туда по вахтам работать. И если я отказываюсь, то должна подписать заявление на увольнение.

— Я считаю, что если они нас так вот убирают, одни должны нам предоставить работу по прописке, — вступила в разговор другая женщина. — Даже если нас в командировку отправлять, нам должны заранее обговорить, какая командировка, какие сроки. Этого сделано не было. Я по незнанию закона подписала заявление об уходе. Вышла из кабинета, смотрю, девочки тоже стоят многодетные, одиночки, у кого-то мужья на СВО, онкобольные. Вызывали даже тех, кто был на выходном, на больничном. У нас работали практиканты-студенты, практика у них до 6 июля. Мальчишек было около 50 человек, их также экстренно всех убрали, причем там ребята были даже из Пермского края. И они все побежали устраиваться в Евраз, чтобы им хотя бы практику закончить.

Женщины говорят, что сработал эффект неожиданности. Люди пришли на работу, и им сказали собраться и рассчитаться в один день. У некоторых даже не было с собой пакетов вещи собрать. Люди спрашивали, можно ли прийти за вещами завтра, но им ответили, что всё надо сделать одним днём.

— Потом уже, когда люди сориентировались и стали высказывать возмущение, нам стали намекать, что если мы не подпишем по собственному желанию, всё равно так сделают, что нас уволят либо по несоответствию, либо за какие-то нарушения дисциплинарные, которые всегда найдутся у каждого. Три выговора — и увольнение.

Одна из пришедших в редакцию женщин рассказала, что крановщицам предложили переквалифицироваться в стропальщиков.

— Но у них нет допуска к работе, у них нет корочек. И теперь эти крановщицы каждое утро сдают мочу в баночке прямо на заводе. Считаем, что это тоже незаконно. Анализы должны сдаваться в медицинском учреждении.

Пришедших в редакцию возмущает прежде всего то, что люди не были оповещены заранее, хотя бы за месяц, что им не предложили встать на биржу труда. Тогда люди подготовились бы хотя бы морально. Ведь у многих кредиты, ипотеки, семьи, дети.

Я спросила, а как руководство объяснило такое массовое увольнение. Ведь ещё в апреле завод активно набирал сотрудников.

— Нам объяснили, что нет отгрузки, с РЖД пришел многомиллионный штраф, — рассказывает одна из женщин. — Зимой мы могли машинами отгружать, а весной трассы для большегрузов закрыли, и отгрузка шла только по РЖД. Кроме штрафа РЖД выставило неустойку. И еще сказали, что завод проиграл какой-то тендер.

— Мы спрашивали, возможно ли нам будет вернуться обратно, когда дела на заводе пойдут в гору. Мы можем взять отпуск без содержания, больничный, — дополняет другая, — но нам ответили, что они не знают, на сколько завод приостанавливает работу. До 30 мая из столовой должны вывезти технику, оборудование. Вывезли с котельной всю соду, которая нужна для того, чтобы была горячая вода, потому что у нас работа идет на пару. Котлы прогревают весь завод, это и горячая вода, и пропарка в цехах. Раз соду вывозят и перешли на один котел, значит, сократили подогрев котла. И столовая стала работать по сокращенному графику. Да, пищу всё равно готовят: кто-то ведь всё равно остался работать. Иностранцы почти все выехали. Их было больше ста человек, осталось около 20. А всего на заводе работало примерно 400 человек.

Женщины подтвердили, что завод не закрылся, он продолжает работать с минимумом человек. Заказ на сваи есть. Но на сколько хватит этого заказа, неизвестно.

Делегация бывших сотрудниц ПТЖБ пришла в редакцию, предварительно побывав в прокуратуре.

— Да, мы отнесли заявление в прокуратуру, — женщины показывают мне копию заявления. — Даже если мы не добьемся выплат по сокращению, мы хотя бы нервы им потреплем, потому что нельзя так с людьми поступать. Может, даже какой-то моральный ущерб они обязаны будут выплатить. Потому что экстренно найти работу в нашем городе — это не так легко. Нам хотя бы биржа труда по среднему могла бы выплатить, но биржа это не может сделать. Заявление в прокуратуру пока подписали 11 человек, но в прокуратуре нам сказали, что люди могут еще идти доподписывать. А еще нас попросили принести трудовые договора и трудовые книжки. И тогда они будут разбираться. Надеемся на положительный исход дела.

По запросу редакции ситуацию прокомментировала Елена Федотова, пресс-служба группы заводов ПТЖБ:

— Недавние кадровые изменения на заводе ПТЖБ породили множество слухов о закрытии предприятия. Рассказываем, что же случилось на самом деле.

Причина изменений в кадровой политике ПТЖБ — ряд экономических и технических сложностей, с которыми столкнулось производство в Качканаре. В связи с этим было решено перенести часть заказов на производственную площадку в Оверятах.

Мы понимаем, что эти изменения затронули наших сотрудников. Всем коллегам, чьи позиции стали временно невостребованными, были предложены альтернативные варианты трудоустройства: перевод на аналогичные позиции на заводе в Оверятах либо на другие производственные должности внутри предприятия в Качканаре. Часть специалистов согласились, но некоторые сотрудники решили попытать удачу на других предприятиях города.
По несчастливой иронии, в этот же период подошли к концу патенты большого числа иностранных граждан на заводе ПТЖБ в Качканаре. А закончившийся патент подразумевает расторжение трудового договора. Так, первая цифра сложилась со второй и породила множество слухов о массовых расторжениях контрактов и скором закрытии компании. Спешим их опровергнуть: завод ПТЖБ в Качканаре продолжает свою деятельность.

Лариса Плесникова