Зажглась звезда сердечной хирургии: наследие и подвиг профессора Виктора Полякова

29.04.2025 15:50

Наследие и подвиг профессора Виктора Полякова

«Самарский областной клинический кардиологический диспансер» носит имя Виктора Петровича Полякова. Этому человеку Самарская область обязана многим: кардиохирургией, тысячами спасенных жизней.

В те времена, когда хирургия сердца была доступна исключительно в столицах, Виктор Петрович создал хирургический центр в Куйбышеве.

Виктор Петрович Поляков — основоположник современной кардиохирургии в Самаре. Он выходец из Куйбышевского медицинского института, кафедры факультетской хирургии. Ей заведовали тогда такие известные хирурги как профессор Ратнер, профессор Либов.

— Тут совпало два обстоятельства, — рассказывает Сергей Михайлович Хохлунов, главный врач ГУЗ «Самарский областной клинический кардиологический диспансер» (2003-2016 гг.), — Виктор Петрович защитил кандидатскую диссертацию по открытому артериальному протоку, а затем докторскую — по нарушениям сердечного ритма. В 1976 году открылась кардиологическая больница, где организовали базу медицинского института. Виктор Петрович, будучи сотрудником кафедры факультетской хирургии, пришел и быстро внедрил методики, уже освоенные на кафедре. Начали проводить операции на остановленном сердце с использованием искусственного кровообращения.

С этого все и началось. Все, что создано в Самарском областном клиническом кардиологическом диспансере к сегодняшнему дню, так или иначе связано с Виктором Петровичем — будь то напрямую его заслуги или косвенное влияние.

— В то время в стране проводились операции на сердце, но центров, где они выполнялись, было немного. Операции врожденных пороков сердца у детей младше трех лет не делали — это была сложная задача. Оперировали в основном детей старше трех лет. Тогда из-за ревматизма часто встречались клапанные пороки сердца. Эти операции проводились с искусственным кровообращением. Виктор Петрович внедрил гипотермию: организм охлаждали до 28 градусов, что позволяло на 20–25 минут останавливать кровообращение, защищая головной мозг. Эта методика успешно применялась до 1984–1985 годов, — делится Сергей Михайлович. — Кроме того, Виктор Петрович, занимаясь на кафедре факультетской хирургии хирургическим лечением сложных нарушений ритма, продолжил эту работу и стал в России одним из основоположников хирургической аритмологии.

Виктор Петрович разработал специальный прибор для парной стимуляции сердца, который помогал купировать учащенный пульс.

— Позже появились имплантируемые устройства, а затем начались открытые операции по поводу врожденной патологии проводящей системы сердца — синдрома Вольфа-Паркинсона-Уайта, вызывающего жизнеугрожающие приступы тахикардии.

В дальнейшем, Виктор Петрович внес значительный вклад в хирургическое лечение фибрилляции предсердий.

— Наш центр стал одним из первых в России, где начали выполнять такие операции, — объясняет Сергей Михайлович. — Сотрудник центра Владимир Владимирович Горячев обучался этой методике в США и, вернувшись, вместе с Виктором Петровичем внедрили эту методику в Самаре. Параллельно подобные операции проводились в институте Бакулева. Методика получила распространение, и специалисты из других регионов приезжали в Самару обучаться. Также продолжалось совершенствование операций по коррекции врожденных пороков сердца у маленьких детей. А в 2005 году были открыты отделения детской кардиохирургии и реанимации, в которых стали оказывать помощь детям всех возрастов, включая новорожденных в критическом состоянии.

С 2004 по 2010 год общественная организация детских кардиологов, хирургов и педиатров «От сердца к сердцу» (Heart-to-Heart) ежегодно приезжала в Самару. Большая бригада специалистов совместно с нашими врачами заранее согласовывала план обучения и операций, подбирала пациентов и готовила их. Благодаря этому сейчас отделение детской кардиохирургии считается одним из лучших в России.

— Помимо традиционных открытых операций, начали применять минимально инвазивные доступы и эндоваскулярные методы для закрытия дефектов и коррекции клапанной патологии сердца. Этот раздел кардиохирургии стал важной частью работы центра.

В настоящее время транскатетерные методы — имплантация клапанов, закрытие дефектов и другие инвазивные процедуры через сосуды широко внедрены в клиническую практику.

— Профессором В.П. Поляковым фактически была сформирована научно-педагогическая школа, хотя официально она и не была оформлена, — добавляет Сергей Михайлович. Принципы, заложенные В.П. Поляковым, поддерживаются его учениками и передаются молодому поколению.

Стихи, охота и рыбалка

Виктор Петрович обладал редким даром поэзии — талант, который невозможно наработать, он должен быть дан свыше. Он написал множество прекрасных стихотворений, причем, как отмечает Сергей Михайлович, он не вымучивал строки, а создавал их естественно.

— Это был очень эмоциональный человек, глубоко переживавший каждую неудачу. Вместо того чтобы выплескивать эмоции в гневе, он облекал их в стихи. Многие его произведения — жесткие, эмоциональные, часто посвящены конкретным жизненным ситуациям, — объясняет Сергей Михайлович.

СКОЛЬЖЕНИЕ

Всех вылечить нельзя, такого не бывает.И способ смерть найдет, свою сбирая дань,Но там, где нить тонка и рвется, подмываетПереступить невидимую грань.

К чему пытать судьбу, играть со смертью в прятки.Кто вправе осудить? Поднимется ль рука?Ведь, если победил — всё тихо, всё в порядке,А проиграл — мученье и тоска.

Кому-то все ж дано (таких не слишком много)В беду скользнуть стремглав, как серфинг по волне,Не чувствуя себя при этом Богом,Но человеком чувствуя вполне!

2002

— В его стихах — вся боль и напряжение тех моментов.

ХИРУРГА ЖИЗНЬ

Хирурга жизнь — совсем не мед,Ведь час распятия грядет...И будто смерклось на земле:Остался мальчик на столе...

Я отдал все. Я изнемог,Но уберечь его не смог.И вот бреду, не видя дня:За что — его? За что — меня?

Кто это сделал — дьявол, Бог?Зачем мне скальпель в руки лег?Мне свет не мил. Мне мерзко жить.Мне не с кем горе разделить.

Ни сил, ни слов, ни мыслей нет,Но я иду держать ответ...Иду туда, судьбу кляня,Где ждут родители меня.

Стекло. За ним они стоят.Я открываю двери в ад...

1980

Виктор Петрович был страстным любителем природы и с началом охотничьего сезона — осеннего или весеннего — проводил выходные на охоте.

— Тяжелая работа требовала разрядки, и он умел находить в этом утешение. Как охотник, он был удивительно искусен, — отмечает Сергей Михайлович.

О его таланте рыбака ходили легенды — говорили, что он мог поймать рыбу даже в луже после дождя.

— Однажды, будучи в Америке по приглашению известного хирурга Джеймса Кокса, Виктор Петрович поразил всех. В доме Джеймса Кокса, где на участке был ручей с форелью, он на спор выловил рыбу, чего, по словам хозяина, никто не мог сделать. Этот случай не только удивил Кокса, но и положил начало их дружбе.

О семье

Виктор Петрович Поляков черпал силы и вдохновение в своей семье. Его супруга, Александра Спиридоновна, врач по профессии, была его верным спутником.

СПУТНИЦЫ

Навек исключив варианты другие,Вошли в мое сердце сполнаДве спутницы верных: одна — хирургия,Другая — любовь и жена.

Всё было по жизни: пеньки и овраги,Проблем и забот кутерьма...И осень нежданно развесила флаги,Но это — еще не зима!

Пока и на скользкой осенней дорогеЛюбой одолеем подъем,И плечи не дрогнут, и выдержат ноги,А в праздник и песню споём.

Пускай подрастают внучки дорогие,И с ними воспрянет страна,Пускай мне удачу дарит хирургия,А дома встречает жена!

1999

Отец профессора, Пётр Дмитриевич, суровый, но разносторонний человек, увлекался музыкой, играл на балалайке, гитаре и аккордеоне, и хотел привить сыну любовь к искусству.

Виктор Петрович воспитал двух сыновей, которыми гордился, о чём писал в стихах:

Не оплошав под тяжкой ношей,В трудах, нехватках, но не в злеЯ воспитал сынов хороших,Приняв бессмертье на земле.

— Отец передал мне интерес к изобразительному искусству. С детства он не только учил, но и вдохновлял: показывал, как рисовать, выжигать по дереву, — рассказывает старший сын, Павел Викторович, сердечно-сосудистый хирург кардиологического диспансера. — Помню, как он купил мне прибор для выжигания, объяснил, как им пользоваться, и я увлекся.

Семейные ценности занимали центральное место в его жизни, отражаясь в поэзии и поддерживая его в нелёгкой профессии.

— Дома, сколько себя помню, разговоры часто крутились вокруг медицины, — добавляет Павел Викторович, — мама тоже была врачом. Особенно много обсуждали организацию кардиохирургии, и я, впитывая это с детства, твердо решил стать врачом. Папа был невероятно открытым и контактным человеком. Окружающие всегда выделяли его умение выслушать, вникнуть в проблему и помочь.

Младший сын, Алексей Викторович, отмечает, что отцу удалось создать кардиохирургию в Куйбышеве практически с нуля, в условиях, когда не было ни оборудования, ни технологий.

— В 80-е и начале 90-х, несмотря на высокий уровень осложнений и летальности, он и его команда совершали чудеса, выполняя сложнейшие операции практически вручную, используя подручные средства и местные ресурсы. Это была тяжелейшая работа, требующая огромной ответственности, которую мало кто мог бы взять на себя.

А что сейчас?

— Путь, который мы прошли, был долгим и невероятно трудным, — рассказывает Андрей Павлович Семагин, заведующий кардиологическим отделением № 4 кардиологического диспансера. — Не каждый, кто выбрал эту профессию, смог его одолеть. Кардиохирургия для нас — не просто работа, а приключение, освоение нового, требующее бессонных ночей, полной самоотдачи и жизни, поглощённой делом. Семья, отдых — всё отходит на второй план. Человек, который всё это начал, наш учитель Виктор Петрович Поляков, заложил фундамент, и мы обязаны ему всем.

В 80–90-е годы операции делались «на коленке»: иголки изготавливали на местных заводах, вшивали рыболовную леску, проводили эксперименты на животных. Это был путь, полный риска и самоотдачи, но именно он привёл к тому, что сегодня кардиохирурги делают сложнейшие операции быстро и качественно, как на конвейере.

— Тогда, в 90-е, профессиональные журналы были редкостью, и учиться приходилось по книгам, а не по видео операций. Виктор Петрович Поляков и его сотрудники осваивали всё с нуля, внедряя аритмологию, эндоваскулярные методы и операции без разрезов. Сегодня инфаркт лечат за часы: везут в рентгеноперационную, открывают сосуд, ставят стент — и шансы на жизнь резко возрастают.

Этот гигантский путь — от подручных средств до современных технологий — пройден благодаря подвижничеству Виктора Петровича. Из его «шинели» выросла вся самарская кардиология, и сотрудники кардиологического диспансера продолжают его дело, где каждый день — это борьба за жизни.

— Многие живут знаниями из института, не двигая профессию вперёд — они статисты, как в любой сфере. 80% работы делают 20% людей. Когда я пришёл сюда 40 лет назад, молодым «мальчишкой», я смотрел на старших коллег с восхищением, — вспоминает Андрей Павлович. — Теперь, оглядываясь, понимаю: время пролетело, и на меня смотрят так же. Тогда две большие операции в неделю были событием, а сегодня в каждом отделении — по две больших операций ежедневно, плюс множество процедур в рентгеноперационной. Этот прогресс — результат труда тех, кто, как Виктор Петрович Поляков, не просто работал, а жил профессией, двигая её вперёд.