Золотой мусор
29 сентября 2016.
5 миллиардов тонн отходов образуется в России ежегодно, а субъекты Нечерноземья зарастают опасными для экологии свалками. Само собой разумеющийся в Европе раздельный сбор мусора у нас никак не может прижиться. Правительство придумало ход, не требующий от него больших вложений: обязать регионы создать в каждом из них мусорного монополиста, который с 2017 г. сможет выставлять рынку любые цены. А оплачивать их придётся гражданам, в квитанциях которых с 1 января появится новый коммунальный платёж.
Отход и доход
В контексте сбора отходов мы и близко не Европа. На данный момент доля раздельного сбора мусора по России составляет менее 1%, лишь в отдельных городах доходит до 5%. Зато в регионах в моде нелегальные свалки, куда поступает от 20 до 80% отходов. Чаще всего это бывший песчаный карьер, от которого остался огромный котлован. И ведь велик соблазн принимать здесь сотню мусоровозов в сутки, каждый из которых платит по 5 тыс. рублей. И никаких особых расходов, если не считать взносов за спокойствие проверяющим. В идеале можно организовать свалку на территории какого-нибудь военного полигона, куда гражданским вход заказан.
Легальные свалки, как правило, дальше от городов и дороже. Часть из них официально закрыты, часть имеет обязательства хотя бы по минимальной сортировке мусора, а спецмашина просто вывозит дворовые контейнеры, куда граждане вываливают и старые телевизоры, и мешки с битым стеклом. Кроме того, любой реформатор должен понимать, что у водителя мусоровоза всегда существует соблазн вывалить груз в укромный овраг – особенно в малонаселённых районах. И если неумело завинтить гайки, этого варварства станет больше.
Вечные разговоры о реформе отрасли обострились в 2012 году. Эксперты поголовно согласны, что сжигать мусор – это прошлый век. Сортировки мусора при полигонах малоэффективны и затрагивают лишь небольшой его объём. Настоящий эффект может дать только раздельный сбор мусора с последующей переработкой и продажей. Но вот незадача: у регионов нет стимула этим заниматься. И дело не только в том, что многих обывателей до сих пор не удаётся приучить доносить мусор до урны. Чем выше прозрачность процесса, тем ниже рентабельность.
По словам замминистра строительства и ЖКХ Андрея Чибиса, около 80% доходов от утилизации твёрдых коммунальных отходов в России получают нелегальные свалки, контролируемые криминалитетом. Казалось бы, губернаторы должны объявить явлению беспощадную войну. Но оказалось, что лишь в двух из 18 областных центров ЦФО готовы заняться раздельной переработкой мусора – в Белгороде и Владимире. Власти Тулы и Иваново обратили внимание, что переход к такой системе приведёт «к росту трат и необходимости создания инфраструктуры». В Калуге мэрия пока что призывает жителей рассказывать «о своём желании пользоваться цветными бачками во дворах и разделять отходы». Рязань приняла раздельный сбор только на бумаге. В Тамбове работу по раздельному сбору мусора осуществляет единственная частная компания. По данным Гринпис, неудовлетворительна ситуация в 17 регионах – от Твери до Камчатки. Администрации Омской и Тульской областей признались, что даже не обладают информацией о раздельном сборе мусора. В Ярославской, Костромской, Самарской, Саратовской областях сообщили, что вовсе не разрабатывают территориальную схему.
– Производство одной батарейки стоит 50 центов, а чтобы её переработать, нужен примерно доллар. Хорошо бы ввести на батарейки и другие вредные отходы утилизационный сбор, но не всем участникам рынка это будет выгодно, – говорит замминистра природных ресурсов и экологии Ринат Гизатулин. – Современный перерабатывающий завод стоит 300–400 миллионов евро – такие деньги частный инвестор вкладывать не готов. Одна из главных причин – у него нет гарантии, что мощности потом удастся загрузить. Нужна единая схема перемещения отходов внутри каждого субъекта. А с этим большие проблемы.
Не спеши нас хоронить
Концы с концами никак не сойдутся. Немногочисленные перерабатывающие заводы сегодня загружены на 30–40%, потому что львиная доля мусора утилизируется нелегально. Для провинциальных чиновников здесь кроется сладкая схема: выдать подряд на транспортировку мусора «своим» и закрыть глаза. Регионы даже научились не замечать критику экологов. Но вялое желание правительства навести порядок в отрасли совпало с потугами крупного бизнеса контролировать её во всероссийском масштабе.
Кто, например, имеет влияние на мусорном рынке Москвы? Эксперты выделяют пятёрку компаний, среди акционеров которых структуры Романа Абрамовича и семья Чигиринских, зять Геннадия Тимченко Глеб Франк и сын генпрокурора Юрия Чайки Игорь, структуры «Ростеха» Сергея Чемезова. Судя по всему, бизнес идёт успешно: пятёрка ведущих компаний подписала со столичной мэрией контракты на вывоз мусора от 12 до 42 млрд рублей на каждого. Несмотря на кризис, отмечаются щедрые вложения в основные фонды и экспансия в регионы. Больше всех усердствует «Ростех», который предлагает правительству инициативу по созданию национального оператора по мусору. Не нужно быть семи пядей, чтобы предположить: стараются для себя.
Полдела уже сделано: правительство объявило, что с 2017 г. каждый субъект РФ должен создать регионального оператора. В планах центра – со следующего года перерабатывать 20% картона и бумаги, 20% шин и покрышек, 30% металлической тары, 15% отходов нефтепродуктов и аккумуляторов, 10% стекла, бутылок из пластмассы и отходов типографий и 5% электроники. В Минприроды поясняют, что с 2017 г. будет запрещено захоранивать шины, металлы, стекло, бумагу, картон, пластик. Казалось бы, можно только аплодировать. Смущает два аспекта. Во-первых, у большинства регионов нет мощностей для сортировки и переработки отходов. А любой монополист – это отсутствие конкуренции, значит, более высокая цена на услуги. Во-вторых, заплатить за реформу предлагают нам с вами.
Как приучали население к раздельному сбору мусора, например, в Европе? Как вариант, сортированный мусор вывозили с придомовых площадок каждый день, а обычный – два раза в неделю. И людей это стимулировало без грубого залезания в их карман. Как экспериментирует Москва? Спецмашина с разноцветными контейнерами приезжает в жилой квартал и стоит в определённой точке 30-40 минут. Предполагается, что люди должны как-то узнать о маршруте и графике, на полу кухни отделить стекло от бумаг и доскакать с тюками до мусоровоза, который может остановиться в километре от дома. Так вот с 2017 г. предлагается просто брать за вывоз неотсортированного мусора повышенный тариф, который сегодня ниже европейского в 5-6 раз.
Организацию процесса предполагается отдать на откуп региональным властям, а что им придёт в голову – никому не ведомо. Авторы инициативы всё же рассчитывают, что социального взрыва не будет. Затраты на вывоз мусора составляют 3–5% от общих коммунальных платежей, и на фоне растущих тарифов могут проскочить незамеченными. Или, наоборот, зимой на фоне фокусов с отоплением и сборами за капремонт станут последней каплей.
